За историей этого города надо отправляться в Феодосийский музей древностей.

Здесь научный сотрудник Виктор Усолкин рассказал нам, что Феодосию основали в конце шестого века до нашей эры жители полиса Милета, который находился в Малой Азии. Они же дали своему новому месту обитания имя Феодосия, что означает «богом данная». Название на протяжении веков несколько раз менялось, но во времена Екатерины вернулось к античному варианту.

Колонисты в Крыму занимались главным образом земледелием. Они и отправлялись из родной страны в неведомые дали для того, чтобы искать себе лучшей доли. Сама Греция страна маленькая, почвы там каменистые, и зерновые на них растут плохо. А население все увеличивалось. В какой-то момент грекам стало не хватать хлеба. Когда в одном месте собирается большое количество голодных и злых людей, то это опасно для государства. И в какой-то момент становилось ясно, что лучше всего дать этим людям корабль, снабдить какой-то суммой денег и отправить на поиск новых земель.

Феодосия стала для колонистов второй родиной. Здесь им удавалось не только прокормить себя, но и отправлять часть урожая в Грецию. В музее хранятся сосуды, где держали зерно, оливковое масло, вино.

В древней Феодосии была агора – место для народных собраний, а также свой акрополь, где строили храмы. Судя по всему, полис был укреплен, поскольку находился в окружении варваров, с которыми не всегда складывались мирные отношения. Сложно сегодня сказать, где точно проходили границы колонии, она располагалась на территории, где сейчас находится воинская часть. Пожалуй, все, что от нее осталось, на данный момент хранится в музее древностей.

Известно, что Боспорское царство со столицей в Пантикапее возникло в результате объединения греческих полисов по берегам Черного и Азовского морей. Но древние феодосийцы не хотели становиться боспорянами. Их присоединению к Боспору предшествовала война. На стороне Феодосии выступила греческая колония Гераклея, которая находилась в северной части нынешней Турции. Боспорский царь Левкон I завоевал Феодосию, но к городу отнесся достаточно бережно. Разрушать не стал, ведь здесь действовал порт, приносящий прибыль колонии. Примерно с 355 года до нашей эры Феодосия стала боспорским полисом.

Среди экспонатов музея – посуда, шкатулки для украшений, светильники. Массовое гончарное производство было налажено в самой колонии. А вот керамику с чернолаковой росписью сюда привозили.

Для вина использовали кувшины с тремя сливами – энохойя называется. Умелый виночерпий на пирах мог наполнять одним движением руки сразу три чаши. В феодосийском музее хранится удивительный экземпляр сосуда – у него два горлышка. Одно обычное как у амфоры или кувшина, а второе с тремя сливами – как у винного сосуда. Второе горлышко снабжено ситечком. Конструкция отдаленно напоминает чайник. Сосуд использовался и для разлива, и для фильтрации вина. Подобной конструкции нет нигде в мире. Вероятно, ее придумал какой-то феодосийский Кулибин.

Наш гид Виктор Усолкин высказал предположение, что в Феодосии был свой античный театр. Самого здания не нашли, но есть вещи, которые говорят о том, что в городе ставили комедии и трагедии. В экспозиции музея глиняные фигурки актеров – в маске Геракла, в комической маске.

Феодосия, как и другие античные полисы, стала приходить в упадок в эпоху Великого переселения народов. В третьем веке сюда приходят готы, которые вытеснили скифов. В конце четвертого века появляются гунны, которые разгромили Боспорское царство. И Феодосия стала существовать как небольшое поселение. До тринадцатого века оно практически нигде не упоминалось.

Посреди города – средневековая Италия

Прямо на главных улицах Феодосии стоят генуэзские башни – это то, что осталось от итальянской колонии Кафа. Башня Константина и остатки крепостной стены находятся в нескольких десятках метров от музея древностей. Побывать в башне не получится, руины обнесены современным забором.

В тринадцатом веке Крым завоевали монголо-татары. Впоследствии, когда он был частью Золотой орды, сюда добрались генуэзцы, которые искали новые торговые пути, места сбыта своих товаров. Участок берега на месте нынешней Феодосии им приглянулся. В 60–70-е годы XIII века они приобрели себе здесь участок земли. Купили его у наместника хана Золотой орды, который выторговал себе право взимать пошлины со всех торговых операций. На гербе Кафы изображена монгольская тамга – родовой фамильный знак. Тамга обозначала зависимость от тогдашних хозяев Крыма.

Несмотря на то, что итальянцы и татары какое-то время существовали довольно мирно, генуэзцы свою факторию Кафа хорошо укрепили. Тогда укрепления были земляными и деревянными. В 1307–1308 годах монголо-татары во главе с ханом Тохтой осадили поселение. Жители сами сожгли Кафу, чтобы противнику ничего не досталось, и ушли. А после смерти Тохты вернулись и Кафу отстроили заново. Для лучшей защиты город решили окружить каменными стенами.

Кафа имела два периметра защиты: внутреннее крепостное кольцо (длина стен около полутора километра и 12 башен) и внешнее кольцо (длина стен около пяти километров и 36 башен). Из них единственная круглая башня носит имя консула Джовани ди Скаффа. Ее феодосийцы просторечно так и называют круглой. Она же главная в генуэзском городе – замок, донжон, имеет три этажа. Диаметр 26 метров, внутри осадный колодец. Гарнизон этой башни мог выдержать длительную осаду. Остальные башни были четырех- или трехстенные.

Город был благоустроенным. Он имел водопровод и мощеные плиткой улицы,

Для управления Кафой из Генуи приезжал консул и два его помощника – массарии. Консул находился на своем посту один год. После его менял один из массариев. Кроме генуэзцев в городе жили и представители многих других народов, но в отличие от итальянцев они не могли занимать некоторые должности. Только в более поздние времена эти самые должности стали продаваться варваскому населению.

В Кафе был центр католической епархии и свой епископ, стоял кафедральный собор Святой Анны. И епископ писал в Геную доносы, где сообщал о коррупции консулов, которую не могла искоренить даже ежегодная смена консулов.

Со временем потомки монголо-татар образуют Крымское ханство. Устанавливается власть династии Гиреев. До 1475 года они сохраняют независимость. А в последней четверти пятнадцатого века началась смута. Татары восстали против собственного хана Менгли-Гирея. Он попросил убежища у генуэзцев в Кафе. Противники Менгли-Гирея пытались осадить генуэзскую колонию, но не добились успеха. Позвали на помощь турецкого султана. Турецкие войска высадили десант на берегу Феодосийского залива. Богатые горожане, испугавшись этого вторжения, 6 июня 1475 года открыли ворота неприятелю. Так закончилась власть генуэзцев.

В эпоху турецкого владычества город переименовали в Кефе.

Здесь была счастлива Цветаева

Феодосия – это то место, где яркая поэтесса Марина Цветаева была счастлива, уверяли нас экскурсоводы. И такого замечательного периода во взрослой жизни у нее не было, пожалуй, больше нигде.

Жизнь Цветаевой была наполнена страстями, влюбленностями, горестями, метаниями при смене эпох, потерями близких и вдохновением, которое выливалось в большую настоящую поэзию. Домик, где сейчас располагается феодосийский Музей Марины и Анастасии Цветаевых, больше связан с сестрой поэтессы, которая тоже очень талантлива, но как прозаик. И очень жаль, что Анастасия менее известна. Именно она 100 лет назад сняла дом на улице Бульварной, ему и суждено было стать учреждением культуры.

«Дом был с приподнятым фундаментом, так что второй этаж был довольно высоким. Здесь было три комнаты: столовая, моя комната и детская. Квартира была угловая…», – вспоминала Анастасия Цветаева.

Марина Ивановна жила в десяти минутах ходьбы от сестры на даче у семьи Редлихов, бывала у нее регулярно. Дом Редлихов сейчас находится в частной собственности, и там живут обычные феодосийцы.

Сестры Цветаевы приехали сюда из Москвы в 1913 году после смерти любимого отца вместе с мужем Марины Сергеем Эфроном, чтобы провести зиму в южном городе. Марина и Сергей вместе с маленькой дочерью Ариадной поселились отдельно. Анастасия жила с сыном Андреем.

Директор музея Владимир Чешуин заметил, что экспонатов начала двадцатого века в музее много, а предметы и вещи, которые принадлежали лично сестрам Цветаевым, пришлось собирать по крупицам. Попавшая сюда венская мебель – стол и диван, стояла на даче Редлихов в приезд Марины Цветаевой. Там же, в доме Редлихов, нашли уникальную красную коробочку – духи, которые выпускались в то время, очень популярную линейку.

Старинное немецкое пианино просто относится к эпохе Серебряного века, но его не было в этом доме. Однако Марина Ивановна умела музицировать. Ее мама была пианисткой и учила играть своих дочерей. В подлинном журнале «Музыкальная жизнь» детские песенки. Их пели сестры, с которыми занимались гувернантки.

Зато деревянный стереоскоп – подлинная вещь Анастасии Цветаевой, которая занималась фотографией. Считала ее одним из своих сильнейших увлечений. Детям советского времени родители покупали такие устройства. Смотришь в две линзы на две фотографии, и изображение приобретает объемность, как говорят сейчас, 3D-формат. А сто лет назад такое оборудование пользовалось популярностью у взрослых людей. Анастасии стереоскоп подарил феодосийский фотохудожних Эрнест Редлих.

Комнату Анастасии в доме-музее постарались воссоздать в том виде, в котором она была в начале века. Особенно, как сейчас сказали бы, креативно выглядит башня из трех чемоданов, накрытых покрывалом, – так Анастасия Цветаева соорудила себе комод.

В этой комнате, в этом доме Марина Цветаева бывала очень часто, потому что здесь вместе с сестрой они готовились к поэтическим вечерам.

Когда Марина приехала в Феодосию, она уже издала первые стихи. Но здесь в счастливые моменты своей жизни она посвящает много стихов своему мужу Сергею. Здесь было написано стихотворение, которое прозвучало в виде романса в фильме «О бедном гусаре замолвите слово». Называется оно «Генералам двенадцатого года», наверно, все помнят эти строки: «Вы, чьи широкие шинели напоминали паруса, чьи шпоры весело звенели и голоса».

Стихи Марины на встречах со зрителями сестры читали вдвоем. Они становились спиной к спине и, глядя на публику, тон в тон, слово в слово, запятая в запятую декламировали. Феодосия в тот период была заполнена интеллигенцией, людьми, которые любили поэзию, почитали прекрасное. Местная пресса с восторгом сообщала: «Снова выступали очаровательные сестры Цветаевы… Еще раз обвеяли нас солнечной лаской. Еще раз согрели одинокие одичавшие души!»

Удивительный музей, где экскурсии директора заказывают столичные гости, где милые скромные сотрудницы готовы рассказать все, что знают о жизни двух женщин Серебряного века, продолжают согревать души поклонников прекрасного…

Страсти и снасти

При входе в феодосийский Музей рыбы и рыболовства плавает такая хитренькая золотая рыбка. Она уже из новой капиталистической формации и при любой возможности зарабатывает денежку.

Рядом с аквариумом закреплена табличка, которая оповещает, что Сонечка-Золотой талисман – так зовут обитательницу аквариума – исполнит все мечты, если бросить в аквариум монетку. Если при падении монетки Сонечка поплывет вправо, то желание сбудется, если влево, то нужно бросить еще одну денежку.

Монетки из разных стран в аквариум бросают достаточно щедро, вот только накануне погрузилось в воду некое количество евро. Интересно, как с желаниями – исполнились или нет? Основатель этого частного музея ученый-гидролог Михаил Куманцов тоже очень мечтал о том, чтобы представить свою огромную «рыбную» коллекцию зрителям. Несколько десятков лет добивался этого. Мечта сбылась, когда администрация Феодосии предоставила ему помещение, которое он за свои средства отремонтировал.

В музее много-много всего, что связано с обитателями моря, с теми, кто обуян страстью их поймать, и с теми, кто охраняет первых от вторых. Например, в одном из отделений такого выставочного комода можно обнаружить знаки представителей рыбоохраны. Этот открывающийся стенд сам просит, чтобы в него заглянули. На всех его полочках прикреплена просьба: «Открой меня», «И меня». Ну, конечно, посетители открывают. И чего только нет на этих полочках! Значки и знаки, награды, монеты, и все по теме.

В музее многое можно трогать и даже плавно наклонять. Например, невысокий прозрачный цилиндр, по которому растекаются то ли бусинки, то ли кусочки бисера. При небольшом колебании он издает шуршание, очень похожее на шум моря. Это снимает стресс, уверяют сотрудники музея. Ключом Морзе, который раньше использовали на рыболовецких судах, тоже можно пользоваться. Посетителям предлагают «настучать» свое имя с помощью небезызвестной азбуки. На всякий случай рядом лежит напоминание знаков из точек и тире.

В выставочных залах смешано все, казалось бы, несовместимое. Челюсти акулы и макеты рыб, кальмаров, осьминогов, а рядом на стеллажах – сувенирчики с изображением этих существ, заколочки, брелоки. Фарфоровые статуэтки, изображающие рыб и рыбаков. Посуда – тарелки, чашки, рюмки и вазы с рыбами и рыбками. Среди них великолепный сервиз «Жюль Верн», чайник в виде батискафа. Им можно любоваться и любоваться. И как-то сложно представить, что эту посуду можно поставить на обычный домашний стол даже во время праздничного обеда.

Если говорить о еде, то запоминается буклет, рекламирующий рыбью икру в 1950 году, когда советскому народу вроде бы «жить стало лучше, жить стало веселее». Этому самому народу рекомендовалась икра для лечебного питания. Институт питания Академии медицинских наук объявлял гражданам, что в ней много всего полезного.

Таблички с байками, приметами, рыбацкими шуточками – тоже равноправные экспонаты. На одной из них рассказано о неприкосновенности морского сундука. Было такое право у представителей всех флотов. Личные вещи матросы и рыбаки хранили в сундуках, не закрывая на замок. Воровство считалось позором.

Становится ясным, почему аналог швабры морской называли «машкой». Ничего общего с женским именем она не имела, просто ею махали при мытье полов. А как вам одно из рыбацких суеверий: мужчинам не рекомендовалось стричь ногти и бриться, чтобы не распугать живность в водоеме.

Музей рыболовства – это весело и легко. И очень уместно для Феодосии, где всегда были рыбаки и рыболовы. Первые – это профессионалы, вторые – любители.

Что еще посмотреть в Феодосии?

  1. Русский художник-маринист и баталист, коллекционер, меценат Иван Константинович Айвазовский – это феодосийское все, как говорят горожане. Но известная на весь мир феодосийская картинная галерея сейчас закрыта на реконструкцию. У входа в это здание стоит памятник Айвазовскому, доступ к которому открыт. Айвазовского называли отцом города, потому что он не только творил, но и многое строил и дарил своим землякам. Например, воду из источника, который находился в его имении. Оттуда был проложен водопровод. Список заслуг художника можно долго продолжать.
  2. Айвазовский не единственный, как теперь сказали бы, деятель искусств, связанный с этим приморским городом. Здесь более 100 лет назад бывали представители поэзии Серебряного века. А Александр Грин даже поселился здесь на некоторое время. Конечно же, в Феодосии есть его музей.

А еще раньше Феодосию посещал Александр Пушкин – наше российское все. На одном из домов на центральной улице есть табличка, которая гласит, что тут 18-20 августа 1830 года останавливался великий поэт проездом в Гурзуф. А еще Феодосию посещали Александр Грибоедов и Антон Чехов.

  1. В музее Анастасии и Марины Цветаевых нам рассказали, что в советские годы был проект установки в Феодосии памятников поэтам, писателям и литературным героям, не воплощенный в жизнь из-за нехватки денег. Скульптор Борис Лец сделал макеты несостоявшихся памятников. Среди них есть даже Афанасий Никитин, тот самый, который написал «Хождение за три моря». Да-да, русский купец заходил в тогдашнюю Феодосию. Ведь в этой местности пролегал Великий шелковый путь.
  2. Во времена турецкого владычества нынешняя Феодосия, или Кефе, стала важным административным округом. Одно время ею правил будущий султан Сулейман Великолепный. Наследный принц именно здесь постигал науку управления государством. И именно здесь на невольничьем рынке была куплена и подарена ему будущая супруга, та самая Роксолана, о которой снят известный сериал.

Светлана Добрицкая