Буквально накануне Нового года все учительское сообщество получило подарок, которого с воодушевлением ждали давно. Министром просвещения России Ольгой Васильевой подписан приказ «О федеральном перечне учебников, рекомендуемых к использованию при реализации имеющих государственную аккредитацию образовательных программ начального общего, основного общего, среднего общего образования».

Федеральный перечень учебников – это документ, который определяет: какому из учебников разрешается жить, а кому предписано умереть. Сказать, что профессиональное сообщество обеспокоено выходом данного документа, это не сказать ничего. Поутихшие, было, последние пару лет страсти на тему: по каким учебникам должны учить наших детей, разгорелись с новой силой. Поводов для беспокойства более чем достаточно. Один только факт, что базовый список утвержденных учебников снизился на 37 процентов, говорит о том, что творческие возможности преподавателя секвестируются запретительными рамками.

Спорить, что учебники, по которым нынешняя школа учит детей, несовершенны, было бы глупо. Шараханья из крайности в крайность, проталкивание в учебный процесс сметанных на живую нитку скороспелок и выкашивание целых пластов заслуженных и популярных методических концепций под пустяковыми предлогами – так выглядит современное российское школьное образование после двух десятков лет перманентного революционного процесса в нем.

Безумные деньги были потрачены на создание и продвижение нового образовательного стандарта, призванного научить наших детей не просто получать знания, а превращать их в полезные компетенции. Проведена переподготовка учителей к условиям вариативного образования. Произведена замена библиотечных фондов. А в результате все бюджетные ассигнования оказались бесполезны? Одним чиновничьим окриком были запрещены к использованию в учебном процессе обязательные практические части учебников – рабочие тетради. Теперь вот новый нюанс. Под нож пошли учебники, которые получили отрицательные заключения, выданные по итогам непонятно откуда взявшейся повторной экспертизы. А так как в правилах, официально установленных и никем не отмененных, таковой не значится, это наводит на очень печальные мысли. Например, о противозаконной расчистке мест в перечне для «своих» и монополизации этого рынка.

Ответственные, профессиональные авторы никогда не останавливают работу над своими учебниками, постоянно внося в них коррективы, обусловленные появлением нового знания. Но, оказывается, эти старания зазря. Новая экспертиза преследует другие цели. Какие – поведал публике первый заместитель председателя Комитета Государственной Думы РФ по образованию и науке Геннадий Онищенко. Тот самый Онищенко, который вошел в историю как главный запретитель грузинских вин и боржоми. Теперь, используя те же методы, Геннадий Григорьевич пытается влиять на решения министерства просвещения. На голубом глазу Онищенко провозглашает: «Мы много наэкспериментировали с учебниками, давая возможность каждому автору высказать в них свое собственное мнение, но теперь надо как-то привести все это к единому знаменателю». Возврат к единому знаменателю – это попытка вернуться в прошлое, которого уже нет. Рассуждения о качестве образования из уст этого чиновника выглядят, мягко говоря, анахронизмом. Осталось еще Наталью Поклонскую к вопросу подключить и дело по приведению всего и вся к единому знаменателю пойдет активней.

Как работает новый механизм проверки учебников, очень живописно обрисовал писатель, автор учебника по литературе Александр Архангельский: «Учебник для 5-го класса (по литературе) отвергается, поскольку не обеспечивает «религиозной толерантности», не включает разные религиозные культуры. В то время как именно в этом учебнике приводятся стихи Пушкина по евангельским притчам, на сюжеты Корана, приводятся, соответственно, и Коран, и Новый Завет, и Ветхий, и говорится о буддийских притчах. То есть эксперты писали, не заглядывая в текст. Почему?» Совестливые эксперты понимают, что это связано с переделом рынка учебников.

Чтобы доказать обоснованность незаконной экспертизы, чиновниками Российской академии образования даже был снят телевизионный репортаж о некачественных учебниках, которые удалось остановить на пути в школу. В каких именно учебниках допущены ошибки, и кем они произведены на свет в презентации не говорится, просто бросается тень на всех «отверженных». Как в байке Онищенко про Гагарина, которого, якобы, забросили в космос в бочке, чтобы провести эксперимент на выживание. Конечно, после таких заявлений, возникает ощущение, что школе грозит опасность. И ее удалось спасти только благодаря мощному заслону от некачественных учебников.

Среднестатистическому родителю такие новости могут показаться не особо интересными и малозначительными. На первый взгляд эта тема волнует только жадных книготорговцев и непрофессиональных авторов учебных пособий, которые хотели проскочить на красный свет, но бдительные сговорчивые ученые их вовремя остановили. Неспециалисту трудно разобраться. И все же вопрос об учебниках касается каждого. Учителя, ученика, родителя. Страны. Школьный учебник, если он отвечает требованиям современной жизни – это некоторый фундамент, на котором строится здание предмета. А строит это здание учитель. Поэтому ни издатель, ни чиновник не должны мешать учителю проявлять его право на свободный выбор.

Споры о правомочности нового федерального перечня не прекращаются. «Скандал-2018», как именовала эти споры «Учительская газета», продолжает набирать силу. Еще есть надежда, что преподаватели, как и следует российской интеллигенции, смогут отстоять прогрессивные взгляды.

Наталья Семенова, генеральный директор ЧУ «Центр социальных инициатив.

фото: интернет