В октябре российские философы будут отмечать 155-летие со дня рождения князя Евгения Николаевича Трубецкого – выдающегося мыслителя, автора знаменитой книги «Смысл жизни». В Москве в Доме Лосева на Арбате проведут вечер памяти, а в Ростове-на-Дону – научную конференцию. Но все начнется в Новороссийске с торжественного собрания, философского семинара и т. д. Почему именно здесь?

Потому что в нашем городе этот общественный и религиозный деятель провел последние недели своей жизни и скончался в январе 1920 года от тифа. Наверняка по пальцам можно пересчитать новороссийцев, способных внятно рассказать, чем известен Трубецкой. Может, «простым смертным» и не надо напрягать извилины, отрываться от житейских забот, чтобы постичь мысли философа? Один из организаторов юбилейных торжеств Георгий Белькинд убежден в обратном: чем больше обычных людей поймут суть трудов Трубецкого, тем осмысленнее и справедливее станет их жизнь. Его судьба таким образом круто изменилась 30 лет назад.

В пору перестройки он был учителем в Новороссийске, подавал большие надежды и действительно мог сделать карьеру на педагогическом поприще. Погружение в Трубецкого привело к тому, что бросил все и стал священником. Сейчас отец Георгий – клирик Тульской епархии, президент Образовательного фонда имени братьев Трубецких (философом был и старший представитель этой семьи Сергей Николаевич). Что же такого важного нашел наш земляк в трудах Евгения Николаевича?

Теория сознания

По мнению Трубецкого, «сознание – орган откровения всеединого смысла». Обладать сознанием можно только в общении с людьми, в общении с Богом. Если взять, к примеру, некоего условного Робинзона, живущего в полном одиночестве, то он будет существом без сознания. Другой важный момент теории сознания заключается в том, что в обществе должны быть безусловные истины, признанные всеми, ни при каких условиях не подвергаемые сомнению. Добро и правда – хорошо, а ложь и зло – плохо. Любовь и верность – хорошо, предательство и провокация – плохо. Звучит банально, однако наша общественная и политическая жизнь полна отступлениями от безусловных истин.

Теория права

Трубецкой считал, что формальная норма не должна заслонять безусловную правду и высшую справедливость. Кстати, в дореволюционном законодательстве в некоторых случаях за одно и то же преступление образованному человеку и так называемому простецу полагались разные наказания. Более строгий подход был к тому, кто понимает последствия своего проступка, нежели к тому, кто от недостатка знаний не ведает, что творит. Кому больше дано, тот несет и большую ответственность.

Сегодня наоборот – кому дано больше власти и прав, тот проще уходит от наказания. Фигурант всероссийски скандального «дела Оборонсервиса» Васильева, уличенная в огромных хищениях, спокойно проводила время под домашним арестом. В то же время обычный человек, совершивший бытовую кражу, идет в тюрьму, отбывает реальный срок. Если бы общество в области права двигалось в сторону нравственного подхода, то у нас было бы иное отношение к закону, считает отец Георгий.

Позиция центризма

Эта важная тема связана с государственной политикой. Евгений Трубецкой обосновал и практически выстраивал позицию центризма. Его излюбленная формула: «Мы – культурная середина – зажаты между социал-бюрократами и социал-бандитами». Высшее искусство управления государством состоит в том, чтобы уходить от крайностей, от любого радикализма. Если начинает преобладать полицейский произвол и запретительство, то страна замирает в тисках тоталитаризма – это страшно. Но левый радикализм приводит к анархии и экстремизму, что тоже катастрофа. Сам Евгений Трубецкой, бывший одним из основателей кадетской партии, вышел из нее, как только другой ее лидер Милюков отказался осудить революционный террор.

Чтобы не происходило перекосов, нужна тонкая государственная политика, основанная на нравственных принципах. Гражданин страны должен чувствовать себя защищенным от чиновничьего всевластия, но в то же время сознательно ограничивать свою свободу, когда речь идет о свободе других. К бунтарству людей толкает чувство несправедливости, за примерами и в наше время далеко ходить не надо.

………..

— Так почему вы оказались именно в церкви, следуя идеям Трубецкого? – интересуюсь у батюшки.

— Церковь радикальна в том, что нет середины между добром и злом. Вопрос «зачем людям религия» равнозначен вопросу «зачем людям совесть». Церковь должна обличать зло в любом его проявлении.

— Но такого же нет! Вы, батюшка, я знаю, активный пользователь соцсетей…

— Да, я веду в фейсбуке группы «Трубецкой клуб», «Воспитывающее образование» и «Веневский мемориал».

— … и видите, как у людей растет протест против священников, которые живут в шикарных хоромах и гоняют на «гелендвагенах»?

— На самом деле, подавляющая масса духовенства (особенно провинциального и сельского) живет совсем небогато, вполне на уровне бюджетников. Скандальные истории с показной роскошью неких епископов или каких-то «успешных» батюшек, в конце концов, остаются медийной экзотикой. Страшнее другое – когда пастырь, обязанный милосердствовать и жалеть всякого человека, становится жестоким. Когда духовный формализм побеждает личное отношение. Знаю такой случай: семья потеряла юную дочь, ее сбила машина. После похорон мать с отцом пришли в церковь, рассказали священнику про свое горе, попросили причастия, чтобы соединиться душой со своим ребенком. Священник отказал: мол, вы после похорон справляли поминки, накрывали столы, а перед причастием положено три дня поститься… С каким сердцем люди ушли из храма?! Между прочим, новороссийская история.

— Людей раздражает и то, что в последние годы церковь как бы стала частью государства, хотя отделена от него. Она пришла в школу – на Кубани повсеместно идут уроки «Основ православной культуры», якобы потому что родители выбрали именно их. Хотя многие хотят, чтобы их дети изучали светскую этику или основы главных мировых религий.

— Церковь должна идти в школу. Церковь обязана идти в школу! Но не с культурологией! Поймите, факультативные рассказы «про православие» не являются подлинным присутствием церкви в школе. Настоящее место священника там, где звучит бессмертная правда о человеке – на уроке русской литературы! С коллегами-словесниками мы так и строим наши опыты в Веневе, где я служу. Читаем с младшими детьми Лескова «На часах» – и тянемся, тянемся по смысловым ниточкам к первому русскому автору, в XI век, где киевский митрополит Илларион и его «Слово о законе и благодати».

Со старшими читаем «Бесы» Достоевского. Куда, по-вашему, мы движемся, разбирая монологи Петра Верховенского? Правильно, к Евангелию. Потому что именно в свете новозаветного Откровения наш национальный гений пророчески вскрывает характер грядущей русской катастрофы: не социальный прогресс, но антропологическая деградация – вот подлинная задача революции. Послушайте сами этот змеиный шепот: «Учитель, смеющийся с детьми над их богом и над их колыбелью, уже наш. Адвокат, защищающий образованного убийцу тем, что он развитее своих жертв и чтобы денег добыть, не мог не убить, уже наш. Школьники, убивающие мужика, чтоб испытать ощущение, наши. Присяжные, оправдывающие преступников, сплошь наши. Прокурор, трепещущий в суде, что он недостаточно либерален – наш, наш». Когда все это начинало становиться политической реальностью, Евгений Николаевич бросил революционной интеллигенции упрек в «зверопоклонстве под видом народопоклонства». Это был 1907 год.

— Вам самому идеи Трубецкого не кажутся утопией? Насколько он был бы принят в современном обществе?

— Хороший друг нашего Фонда, замдекана философского факультета МГУ Алексей Павлович Козырев однажды ответил точно на ваш вопрос: «Русская религиозная философия есть прямое обличение современной российской жизни». Сто лет назад Трубецкой был общепризнанным духовным лидером. Мне хочется, чтоб и сейчас в моем родном городе люди обдумывали его идеи.

— Ваш папа – известный педагог Григорий Иосифович Белькинд, бывший директор школы № 6, его именем названа улица в Новороссийске. Он разделял ваши взгляды?

— До конца жизни он сознавал себя коммунистом и атеистом, но принял мой выбор. Есть категория людей, которых можно считать верующими безотносительно того, принадлежат они к какой-то конфессии или нет. Это состоявшиеся педагоги и состоявшиеся врачи. Человек, который в полной мере принял ответственность за судьбу другого человека, по сути своей является верующим.

В последний год жизни отца у нас случился небольшой разговор. Я рассказал ему афонскую историю о том, как к старцу приехали его духовные чада с жалобами на подрастающих детей. Это Греция, 70-е годы прошлого века, уже сексуальная революция, уже наркотики. Монах выслушал и ответил: «У вас проблемы с детьми? Будьте святыми – и у вас не будет проблем с детьми!» Папа сразу как-то отстранился, формула «будьте святыми» его резанула, а потом сказал: «Да, верно. Живите по правде, и у вас не будет проблем с детьми».

Светлана Добрицкая