Недавно произошел курьезный случай: в арт-галерею пришли иностранки, что-то быстро лопотали, походили вокруг и вдруг замерли. Одна посетительница на сносном русском обратилась к куратору выставки: «У вас есть работы Аксенова?! В Харбине была его большая выставка. Это очень знаменитый в Китае художник, таинственный для нас. Скоро в Пекине будут показывать его работы, мы обязательно туда поедем. А к вам как попали его картины?» С одной стороны, приятно слышать, что Владимир Аксенов так знаменит в далекой восточной стране, очаровать иноземную публику не всем удается. А с другой даже обидно: с чего это наш, новороссийский художник стал китайским?

Время странствий

Редкий художник пишет, не выходя из мастерской. Творчество требует вдохновения, а оно приходит с новыми эмоциями, знакомствами, приключениями. Владимир Аксенов вообще на месте не сидит. В Новороссийске поймать его сложно: то с альпинистами уходит в горы, то путешествует по Европе, то зависает в Крыму, то уезжает в Сибирь.

— А по-другому нельзя, – объясняет он. — Я набираюсь впечатлений, привожу из поездок этюды, потом осмысливаю все, что получил от природы, от людей, от запахов, разговоров, восходов и закатов — и начинаю работать.

— Как художник, ты очень изменился за последние годы. Лет 15 назад и сейчас — это совершенно разное творчество. Куда делся легкий, светлый, ясный Аксенов? Ты создаешь какой-то синтез абстракционизма и фигуратива, если так можно сказать. Зачем тебе сложные напряженные полотна с внутренним драматизмом? У тебя что, жизнь стала тяжелая?

— Напротив. Сейчас я более свободен, востребован. И в личной жизни все в порядке. Но мой опыт, представления о людях, о мире, моя жизненная философия ставят новые задачи, а отсюда потребность в иных формах выражения. То, что раньше было для меня понятно — обрело новый смысл, открыло какие-то глубины, стало сложным. Внутренний мир не реален, а мне интересен сейчас именно он. Картина – это ведь не просто закрашенная плоскость, под ней должен быть внутренний слой. Если зритель чувствует ее драматизм, напряжение, значит работа живет.

Миры Аксенова распадаются на цветные молекулы, соединяясь в сложную геометрию. На первый взгляд, эффект непредсказуем. Через время вдруг неожиданно понимаешь, что случайностей в его работах нет, каждый мазок выверен, каждая линия на своем месте. Упорядоченный хаос перерастает в образ.

— Ты много путешествуешь, а в Китай так вообще зачастил. Какое впечатление на тебя произвело это огромное государство?

— Поразительная страна. Удивительные люди. Великая культура.

Завоевание Китая

Русская живопись у китайцев вызывает большой интерес. Может, потому что их скрупулезная традиционная графика весьма далека от размашистого письма маслом. Впервые российские работы попали на китайский аукционный рынок только в 2004 году, и по сей день интерес к нашему искусству только растет — достаточно сказать, что коэффициент сделок достиг 65 процентов.

Владимир Аксенов впервые попал в Китай в 2011 году по приглашению Центра русского искусства в Харбине. Владелец его, известный китайский коллекционер Лю Мин Си весьма избирательно приглашает художников. Центр расположен на небольшом острове в самом сердце Харбина, добираться туда надо по реке на лодке. Лю Мин Си приглашает таланты, предоставляет им прекрасные условия для работы, делает выставки. Если художник нравится, приглашает повторно.

— Шесть лет назад Лю Мин Си принял меня очень хорошо. Устроил экскурсию по городу, показал достопримечательности, познакомил с местными коллекционерами. Предоставил великолепную, очень светлую и уютную мастерскую. Вначале я был разочарован. То, чем я хотел заниматься, китайцам совершенно чуждо. Они любят и понимают только реалистичное искусство. Даже абсолютно реалистичные для меня натюрморты, пейзажи, портреты кажутся им очень авангардными. Тем не менее, Лю остался доволен нашим сотрудничеством и через год позвал меня снова.

В 2012 году Владимир Аксенов сделал попытку объяснить Лю Мин Сину свой взгляд на живопись. Он написал несколько работ, которые вызвали искреннее недоумение. Китаец ничего не понял, но как человек творческий, почувствовал, что есть в них что-то сложное и глубокое.

— Восток не воспринимает абстракцию, мыслит конкретными образами. Есть какая-то детскость во взглядах китайцев. Но есть и чутье, и острый ум, и умение разобраться.

После этой поездки Лю Мин Си предложил Аксенову сделать выставку в музее Харбина. Тот согласился с одним условием – полнейшая свобода творчества. Выставка состоялась летом 2017 года. Китайские знатоки и ценители живописи получили культурный шок. Огромные полотна заполнили великолепные залы музея. При этом на них вообще не было русских березок, сладких рассветов и томных закатов. Каждое – сконцентрированная на холсте энергия. Все непонятно, дерзко, дико. Журналисты растерянно изучали картины, пытаясь понять: как на это реагировать? Многослойность, непонятность сюжета, странные названия работ вызывали восторг и растерянность. Спрашивать Аксенова, о чем эти работы, бесполезно. Он не любит объяснять, хочет, чтобы картину воспринимали на уровне ощущений, она сама должна доносить суть.

— А я никогда не сталкивался с подобным отношением к выставке. Был издан великолепный альбом моих работ. Об экспозиции сообщали рекламные баннеры по всему Харбину, в фойе гостей встречал огромный вращающийся хрустальный шар с голограммой из моих работ. Но главное – масштаб площадей. Есть возможность отойти на большое расстояние от работы и увидеть ее целиком, не зажатую пространством. Мне всегда не хватало этого.

Результатом проекта стало приглашение Владимира Аксенова показать себя в Пекине, в выставочном зале русского искусства.

Живопись в стиле «джаз»

Когда-то Аксенов писал свои работы, слушая Шнитке. Сейчас в его мастерской все чаще звучат джазовые композиции.

— Без музыки писать не могу, она мне требуется на уровне подсознания. А что такое фигуратив, как не джаз, написанный красками? Это наитие, импровизация, полет мысли. Постоянная работа, серьезная, но доставляющая огромное удовольствие. Как только я остановлюсь, перестану искать, то сразу погибну как художник.

— Так что, главное еще впереди? Ведь создано уже бесконечно много…

  • Знаешь, чего хочу? Создать в своей жизни одну действительно стоящую картину, которая меня полностью удовлетворит. Если это случится, значит здесь, на Земле, не зря я холст пачкал.